Alexander McQueen: «Красота - в глазах смотрящего»

О бренде в трех словах: женственность, характер, вызов.

Постоянные покупатели: внутренне сильные женщины, которые не жалеют о сделанном и в решениях опираются исключительно на свои чувства.
Средний чек: 52 000 рублей на линейку аксессуаров.
Адрес: ЦУМ Воронеж.

Ли Александр Маккуин родился в семье таксиста и учителя социальных наук. Свое первое платье нарисовал в три года и говорил об этом так: «Неслыханное дело, чтобы в семье из Восточного Лондона (суровая рабочая окраина города - прим. ред.) появился художник».


После школы работал подмастерьем в ателье «Anderson and Shepherd» на знаменитой ателье-бутиками улице Savile Row: шил на заказ мужские костюмы для высшего света (принца Уэльского, лорда Ротшильда, Михаила Горбачева). Однажды на пиджаке, предназначенном принцу Чарльзу, он написал мелом: «Here Alexander McQueen was» и грубое «I'm a c**t», после чего был вынужден сменить работу. Нашел он ее в ателье «Gieves & Hawkes», на той же Savile Row.


В 1991 году Ли окончил лондонский Saint Martins College of Art and Design с дипломной коллекцией «Jack the Ripper Stalks His Victims» (Джек-потрошитель выслеживает своих жертв), где модели вышагивали по подиуму в кожаных топах, запятнанных каплями крови и грязи и напоминавших фартук мясника.

После шоу прямо в полночь к нему заявилась «фея-крестная» - эксцентричная Изабелла Блоу, фэшн-редактор британского Vogue и одна из главных законодательниц моды в мировых масштабах. Она оплатила счета Ли и скупила всю его коллекцию, а потом лично раструбила о нем в крупнейший модных изданиях.


С ее легкой руки у Ли Александра Маккуина появился собственный бренд. Следующие несколько лет он провел в роли свободного художника. Славу модному дому создали ранние шокирующие коллекции, из-за которых его прозвали l’enfant terrible и «хулиган английской моды». Его показы были дорогими и нешаблонными: он воссоздавал кораблекрушения, играл в шахматы людьми, задействовал голограмму Кейт Мосс в человеческий рост, облаченную в десятки метров воздушной ткани.


Его коллекции были с подтекстом: модели, завернутые в целлофан, следы автомобильных шин на жакетах, чернокожая манекенщица в наручниках, платья, испачканные грязью с прикрепленной к ним мертвой саранчой (про неурожай в Африке), показ в церкви с заявлением «Религия - источник всех войн в мире». А за шоу «Насилие над Шотландией» (о резне британцев с шотландцами 18 века) пресса его, как он сам выразился, буквально «распяла».


Зачем все это? Ли говорил, что всего лишь «обнажает отвратительную правду перед глухой публикой»: «Смотришь на всю эту фэшн-тусовку в их дорогих прикидах и темных очках и понимаешь, что они и понятия не имеют о том, что происходит в мире. Их интересы ограничены лишь модой. Я трачу деньги на такие шоу, чтобы показать им обратную сторону жизни. И пусть они испытывают отвращение и ненависть - меня это устраивает. Зато знаю, что пробудил в них хоть какие-то чувства».


В свои 28 он одновременно разрабатывал модели для двух линий: своей и Givenchy. Работу для последнего критиканы сочли вызовом обществу: на весы ставили Юбера де Живанши, создавшего эталон элегантности своими черными платьями, которые носила Одри Хепберн, и Маккуина - простолюдина и матерщинника. Его назвали «быком в бутике», а он парировал: «Я не умолял дать мне работу. Givenchy сами меня нашли. Значит им нужно то, что я делаю. Меня волнует только мнение моего начальника и клиентов. Все, кто находится между ними, пусть катятся к черту!»


Покровительница модельера Изабелла Блоу разбиралась не только в моде, но и в бизнесе: именно она посоветовала Тому Форду выкупить бренд Alexander McQueen и сделать его частью империи Gucci Group.

Он был удостоен Ордена Британской империи и соответствующего ему титула командора. Четыре раза Маккуина называли лучшим модным дизайнером Великобритании, последнюю награду ему лично вручал принц Чарльз. И тут он не мог не отличиться: облаченный в комбинезон голубого цвета, на церемонию Ли прикатил на самокате.


В одном интервью он поделился своей формулой успеха: каждая коллекция на две трети состоит из творчества и на одну треть - из коммерции. Хотя в целом о фэшн-мире он высказывался с пренебрежением: «Мир моды - это джунгли, полные отвратительных, алчных гиен. Но теперь я превратился во льва. И я сам пожираю гиен».

«В коллекциях от кутюр у меня все права выразить себя как модельера в той степени, в какой сам посчитаю нужным. В prêt-à-porter это самовыражение попадает лишь частично».

Он был трудоголиком: «У меня иногда нет времени сделать то, что делает каждый человек. Вот так я для вас это мягко сформулировал».


Прямой и дерзкий, во главу угла он ставил доверие и давал людям всего один шанс, считая, что если человек не способен это оценить, второй попытки у него не будет.

Считается, что Александр Маккуин вернул моде жизнеутверждающую силу, возродил кружева, прозрачную ткань, приспущенные брюки и широкие накладные плечи. На вопрос, возможно ли, что вся эта вызывающая одежда станет частью повседневной жизни, отвечал, что он не женщина и точно не знает: «Надеюсь, когда вас начнет тошнить от однобортного жакета, вы захотите большего».


При этом он был категорически против того, чтобы создавать что-то массовое: «Я прихожу в бешенство, когда повсюду вижу свою одежду. Я не хочу одевать всех подряд, потому что мне не все нравятся»!

Он создавал для женщин то, что придавало им сил: «Я не хочу, чтобы женщина выглядела слабеньким, наивным существом, укутанным в облачко шифона. Этим пусть занимаются другие. Моя женщина должна быть настолько сильной, чтобы противостоять любому давлению».


Когда женщина надевает вещь от Alexander McQueen, она иначе себя чувствует, иначе ходит, держит осанку. Одежда придает ей силы: «Все просто: человек должен чувствовать себя хорошо в одежде. Я создаю свои модели для сильной, независимой женщины, которая знает толк в вещах. Модным изданиям платят за то, чтобы они говорили: носите то и то. Моя женщина диктата не терпит».

«Красота - в сердце смотрящего. Что толку пытаться быть красивой для всех? Все равно для одного вы будете выглядеть отвратительно. А для другого предстанете как само воплощение прекрасного».


В 2007 году Ли выпустил коллекцию «Памяти Элизабет Хоу, Salem 1692», отдав дань уважения одной из своих предков, которая была осуждена как ведьма Салема.

В 2009 году он создал костюмы для спектакля «Эоннагата», посвященного загадке Шевалье д’Эона, который будучи тайным агентом дипломатической сети французского «Королевского секрета», первую половину жизни провел как мужчина, а вторую - как женщина, при этом вопрос его истинной половой принадлежности до сих пор остается открытым. Спектакль был совместным проектом режиссера Роберта Лепажа, хореографа Рассела Малифанта и балерины Сильви Гиллем.


В 2007 году Изабелла Блоу покончила с собой, а еще через три года умерла мать Ли. Он страдал из-за потери двух самых близких людей, и самовольно решил уйти из жизни, повесившись в своей гардеробной.


Первыми клиентками Маккуина были Мадонна, Уитни Хьюстон, Джулианна Мур. Он работал с Бьорк - создавал образы для ее альбома «Homogenic» и шил костюмы для Rolling Stones.

Первые бутики открылись в Лондоне, Милане, Нью-Йорке и Москве. Сейчас одежду, обувь и аксессуары Alexander McQueen можно найти в любой точке планеты, а с недавних пор и в воронежском ЦУМе.

После смерти Ли креативным директором дома Alexander McQueen стала «правая рука» дизайнера Сара Бертон.


В 2011 году красно-черное платье в пол от Alexander McQueen на государственный обед для китайского президента Ху Цзиньтао надела Мишель Обама, вскоре Сара сшила свадебное платье для Герцогини Кембриджской Кейт Миддлтон. Она сделала так, что имя МакКуина не забыли. До сих пор желающие попасть на показ Alexander McQueen и выйти на красную дорожку в нарядах бренда буквально дерутся за это право.


По словам Сары, творчество Ли никогда не было простым дизайном одежды. На языке своих коллекций он рассказывал истории, передавал эмоции. Ли призывал не обращать внимания на то, что делают другие, а доверять своим чувствам. Каждая созданная им вещь непременно должна была стать уникальной: детали, вышивка, набивка. Он учил делать только то, во что веришь на 100% и никогда не оглядываться назад: «Ничто не должно стоять на месте. Всегда смотри вперед».


Из воспоминаний Сары Бертон: «Однажды Ли просто наколол ткань на манекен булавками, и уже в этом виде будущее платье было потрясающе красиво. Сшив его наполовину он сказал: „Я, пожалуй, пойду. Ты же доделаешь его?“ У меня началась паника. Я кричала маме в трубку: „О боже мой! Я не знаю, с чего начать! Как все успеть“? А она мне: „А ты просто начни“! Он постоянно твердил, что нет ничего невозможного. Заставлял нас бросать вызов самим себе, требовал сверхусилий. Но только чтобы мы поверили в себя. Как никто другой он умел вдохновлять на свершения».


Сара Бертон придерживается мнения своего учителя о том, что мода должна отражать все происходящее в мире: «Когда я работала над последней коллекцией, мне показалось, что нам не хватает позитива, поэтому сделала ее женственной и романтичной. Коллекции Ли всегда были о нем, о том, что в его голове, о его чувствах. И они не просто отражали то, что происходит в социуме, а скорее выражали его отношение ко всему этому».


«Ли был романтиком. Он обожал темный, полувикторианский романтизм и все связанное с цикличностью жизни: рождение, любовь, брак, смерть. Его фирменный крой подчеркивал все изгибы женской фигуры. Просто порой он делал это экстремально, чтобы добавить силуэту еще больше силы. Ли неспроста окружил себя сильными женщинами. Он их очень любил. А создавать одежду, которая придает нежной женщине силу, - миссия дома Alexander McQueen».


Татьяна Клевцова

Фото из инстаграма @AlexanderMcQueen

11.01.2018